Шансон

Уездный городок с провинциальной жизнью,
Где спрятался и наш в колючках лагерёк.
Здесь жизнь моя пойдет уже немногу с волей,
Казёный мне бушлак не греет и не жмёт.

Возит письма почтальон по лагерям, кому-то два, кому одно, а мне не дал.
Двадцать дней они идут издалека, где когда-то повстречал и я тебя.
Где сирень опустит ветку до земли, а весною горло рвут во всю коты.
Оступилась там и молодость моя, а сейчас я от тебя лишь жду письма.

Сардельки вагонами, икра пароходами,
С гостинцами вольными на зону спешим.
Ведь там за решётками сидят между иконками
Отцы наши, братья в Сибирской глуши.

Мы не будем прощаться, потому что вернёмся домой,
А пока куда хочет, пусть везёт по России конвой.
Мы не будем прощаться и вернёмся не поздно, не рано
И как прежде с улыбкой, скажем: «Здравствуй же, мама».

Старый город, где живёт мой шумный двор закружила жизнь отсюда нас с тобою.
Я в браслетах в Соловки, Вы ж под ручку с ним ушли, ждёт вас солнце и Гавайские
пески.
Я в браслетах в Соловки, Вы ж под ручку с ним ушли, ждёт вас солнце и Гавайские

А дню рабочему конец, умолкли наковальни,
Ликероводочный отдел с получкой нас встречает.
Довольный весь рабочий класс - ведь завтра выходные,
А, значит стопочку не грех, зовут пары родные.

Ветер жёлтую листву шевелит
И уносит её в даль кружа
Свет в твоём окне ещё не горит
Это значит ты ещё не пришла

Я поставлю кресты у капризной судьбы в изголовье,
И назад оглянусь, ну а там всё печально до боли.
Да молитву прочту ту, что мать меня в детстве учила,
И за счастьем пойду, и за счастьем пойду, но найду ли?

Годы проходят и всё скоротечно уходит вдаль
Жить на земле - это праздник, господь нам дал
Пусть при свечах, не смолкая, звучит рояль
Мы же с тобой знаем это - любовный рай

Никто не знал и не гадал - она пришла
Зашла и к нам беда в ментовской форме
Вооще-то дверь никто не открывал
Она для них всегда везде открыта

В центровой кабак зайду
И на все я погляжу глазами вольными
Первых встречных угощу
Повод есть и я плачу за жизнь свободную

Пришла весна, вновь распускались листья белые,
Цвела черёмуха, о, как она цвела!
Я вспоминаю о тебе, моя далёкая, о, сероглазая шалуния моя.
Я вспоминаю о тебе, моя далёкая, о, сероглазая шалуния моя.

Ну, что ты, Шарик, лаешь на меня? Что не узнал - я понимаю
Старушка мать, хозяюшка твоя, давным давно меня уж ожидает.
Ну, что ты, Шарик, горло свое рвешь, как будто бы здесь жулики попались.
Ты был щенком, я в дом тебя принес, когда метель с морозом напрягались.

Вечер осенний над землёй опустит крылья
Листьев прощальный марафон, дожди косые.
Снова забавный маскарад нам дарит осень.
Вся замирает земля, и льются слёзы.

А с детства нравилось мне небо и я смотрел на голубей,
Они летали где я не был, где нету зла и нет людей.
Там ближе к солнцу, ближе к Богу, там можно обо всём просить,
А мне всего лишь нужно воли, да, и тебя чтоб навестить.

Спешили не знали с любовью играли
В разлуках страдали свалив на судьбу
Была она горькой была она сладкой
Да только да только назад не вернуть

Строчила Дарья мне о любви.
Хотели с Дарьей зажить счастливо,
А получились - порожняки.
Сломалась пополам стрела Амура,

Вот застучала осень каблучком
А мы сибирским летом в ней согрелись
И потянуло с воли к нам дымком
Через забор соседнего селенья

Судья сказал, а мент достал, браслеты щёлкнули
Довольный сроком прокурор лоснился щёчками.
Студентка с вуза, секретарь, да с облегчением,
Поставит точку в деле мне. Конвой, поехали!

Жёлтый лист сорвался с ветки,
Нынче свадьба у соседки,
Я её по малолетке так любил.
А меня забрали летом

Свежий воздух весны нам вселяет надежду
И от долгой зимы так охота тепла
Вся вздыхает земля в ожидании лета
В ожидании теплых и безоблачных дней

По снежку, к корешку на свидание
Два часа, есть о чем говорить
А попутно метель дует в спину нам
За куплетом куплет свои песни поет

В спину глядит не мент, а кореша, слышу кричат: «Ни пуха ни пера».
«К чёрту», махну рукой - и за забор, встречусь я с настоящею весной!
Тает, тает, тает, на дороге грязный снег, а меня марток встречает.
Тает, тает, тает, на дороге грязный снег, загулять зека желает.

Гуляет осень во дворах и тихо так
Стучит усталый дождь, бьёт по зонтам.
Шумит опавшая листва, покинув крон,
Играет ветер твоим плащом.

Гуляет осень во дворах и тихо так
Стучит усталый дождь, бьёт по зонтам.
Шумит опавшая листва, покинув крон,
Играет ветер твоим плащом.

Болью тронул поступок моего земляка,
Из души полилась за строкою строка.
Посветил ему песню в ней он вечно живой,
Высоту набирает снова сверхзвуковой.

По улице свободы не спеша
С портянкою в кармане. Срок отбитый.
Не веришь, что теперь моя душа
В темнице этой больше не томится.

Снова, пацан подвыпивший, в двери стучится к ней
Рада вдова соседушка встретит ночных гостей.
Он часик-другой порадует да и гляди - сбежит.
Ох, не везёт, не клеится ей мужика дожить.

Листьями дорогу для меня
Осень осыпает,
Я из лагерей качу туда,
Где меня встречают,

С новостями прилетит письмецо из дома
На мгновенье посетит адресат знакомый
Сердце гулко застучит - где-то ждёт нас воля
А неровный почерк твой так знаком - до боли.

Старушке денег дам с протянутой рукой
А ветерану пиво взял, попей родной
Пока ворую деньги есть, а там что Бог пошлет
Ну что поделать хулиган один лишь днем живет

Катит размеренно жизнь неспеша.
Годы прошли уже, стынет душа.
Больше подумаем, больше возьмем.
День нынче праздничный, в церковь зайдем.

Рассказы и картинки от бабушки Полинки
И маленькое детство под небом голубым.
Подстрижены под чубчик, мы песни дружно учим,
На майские пройдемся под гимн родной страны.

Сегодня никто не придет, да, гостей не будет.
Нынче птица в полёт, а меня осудят.
Хороший день, но не мой, шансы нулевые,
А нары с жесткою доской, в корень жизнь сменили.

На курантах ровно шесть,
И час пик - плохая весть,
Но спешу, что силы есть, встретить.
Там на другом конце Москвы

А здесь из фантиков
Ковры
И на просчёт
Завхоз построит.

Вы не спешите говорить
Не тороплю я вас с ответом
Его готов я ждать всю жизнь
И буду жить надеждой этой

Халдей, полнее наливай, а ты скрипач, нам сбацай мурку.
Пусть жизнь и дрянь, но это я ценю, когда кенты, опять со мною рядом.
Пусть жизнь и дрянь, но это я ценю, когда кенты, опять со мною рядом.
У хулигана жизнь шальная и хулигана ждёт тюрьма,

Наверно, хватит Мурку петь и шконари тереть по зонам,
На белый свет в квадрат глядеть, давить клопов в казённом доме.
До тошноты сирены вой, дебильный взгляд и крик завхоза.
Вернусь домой и с головой займусь я бизнесом законным.

Холодный день у сентября и не собрать осколки лета.
Еще мгновенье и зима с метелью белой, белым снегом.
Еще мгновенье и уснет Земля под белым покрывалом.
Я на земле уже не в счет и мне здесь места очень мало.

Я нарисую для тебя
Цветы на стареньком заборе
И подпишу, что ты моя.
Чтоб знали пацаны в округе

Родился парень на Дону, терпением в мать с отцовской силой
И дали имя пацану, по христианскому крестили.
По жизни выбрал он свой путь, пошёл по воровской дороге
С крестом на Вы, с судьёй на ты, ну, а с братвой до гроба.

Наш ИЛ нырнул под облака и вот, в огнях уже Сургут.
Глуши турбины капитан. Катите трап, к братве спешу.
Спешу к тому, кто не прошёл, не стал понятием торговать,
Когда в Бутырке был душняк - вор поддержал и руку дал.

Осень грустная, прости, не суди,
Уголовничка к себе приюти.
Да дождём, дождём холодным не пугай,
Я ж ведь только что из зоны, так встречай.

Подскажи мне, батюшка, как мне дальше жить, я и в Бога верю, да,
пред ним я чист.
И Христа распятого на груди ношу, а менты проклятые жизни не дают.
Запах воска - до погоста мне уже недалеко.

Улыбнется сквозь решетку солнце мне, заиграет и запрыгает капель.
Лист родиться, ртуть подтянется на плюс, от весны здесь забалдеет все вокруг.
Друг пернатый прочирикал мне: «Пора!», что ж, Хозяин, покидаю номера.
Без работы ты не будешь никогда, срок отбыл я, что ж, прощайте, кореша!

Как далеко сейчас мой дом в котором молодость огнем
Сверкнет и двери за спиной закроют опера за мной.
Осталось в нем мечтой и сном девчонка яркая с бантом.
Не дотянул тогда и я до совершенолетия.

Зеркалом блестит река,
Вечер опускается над лесом.
Ты близка и очень далека,
Словно утопающее эхо.

Где-то далеко ждет меня давно женщина.
Подойдет к окну, все ей по плечу, верная.
И назло дождю сдержит вновь слезу горькую.
А душа болит, только дождь стучит, тихо повторит.

Самовар скипел, разлили чай,
Ни к чему тоска, ни к чему печаль,
Вместе старики ровно пятьдесят,
Это не отнять, будем поздравлять