Русский рэп

Свою группу они назвали в честь 25-й главы 17-го стиха ветхозаветного пророка Иезикииля. Именно эта цитата прозвучала из уст героя тарантиновского криминального чтива и дала название одной из самых популярных рэп групп 25/17
На протяжении долгих лет омские ребята методично отвоевывали у столицы все больше и больше популярности. Их обвиняли в ультраправых взглядах и излишней жестокости, но сибирская настойчивость сумела пробить все преграды
Из подземки на свет по пешеходной зебре
Каждый день сквозь железобетонные дебри

Всё изменится, как только затрещат полярные льды
И вековые снега сойдут с вершин седых
Новый май отогреет озябшие души
Исцелив светом тяжело простуженных

После ссоры я думаю о том
Где баланс между пряником и кнутом?
Почему пережестил или недожал
И вроде прав, но теперь немного жаль

И прежде чем начать, сорри, я подытожу
Все мои истории, в принципе, похожи
Нас тушило на рапиде, как сигу ветром
Я фиксирую, что видел, как Дзига Вертов

- Во, возьми-ка себе это полено
- А зачем мне оно? У меня даже очага нет
- А ты вырежи из этого полена куклу, научи ее петь и танцевать, да и носи по дворам. Заработаешь на кусок хлеба и на стаканчик вина
- Прекрасно придумано!

Мне было четыре, когда врачи те
Сказали матери: «Женщина, не плачьте
Вы ведь молодая, еще родите»
Я только начал жить - погодите

От подарка пришлось отказаться - я понимал, что утром дядя Коля протрезвеет и карета превратится в тыкву. Выпороть меня, скорее всего, не выпорят, но точно проведут воспитательную беседу и, конечно же, заберут пистолет. Можно было бы упереться и стоять на своем до последнего - никакого пистолета не брал, и, наверное, дядя Коля его потерял, но врать я еще не научился, да и обмануть моего отца было практически невозможно

Ты совершаешь поступки, и мир реагирует
С материнским теплом или с точностью киллера
Разгоняешь числа или качаешь извилины
И чемпионы с возрастом теряют силы

Ты можешь всё, даже покорить космос
Главное начать сейчас, а не опосля
Того, как ты поймёшь, что уже поздно
И кто-то монополизировал воздух

В телефоне 25 неотвеченных
«Алё, ну чё?» - приключения обеспечены
Начинаем в баре, какие-то твари
Чьи-то разбитые хари, сирена, крик «Валим»

Под сонным светилом полярным
Нет ни костра, ни света
Над ледяными полями
Солнечная слепота

Девятибально штормило, хватало всякого
На сердце был бы камень, он превратился в якорь
Из тех прокуренных подъездов аммиаковых
Я мечтаю взойти по лестнице Иакова

Рвется парус, как сердце от тоски по дому
Стакан казенки не поможет юнге молодому
Трещит штурвал в руках старого матроса
На ветру волками воют нервы натянутых тросов

Колосс был глиняным весь, не только по пояс
И рухнул вниз, с небес, как срезанный колос
Коса нашла на камень, так уже было в прошлом
Сталь, в эту темень, оказалась крепче, чем ложь

Ветер уносит меня на восток
Там, где белый туман обернулся в песок
Иордан в своих снах видит зелень лесов
А бродяга пускает себе пулю в висок

Надо чаще улыбаться, быть на позитиве
Хранить мир в сердце, когда бардак в мире
Просто жить, просто быть, просто спать и есть
Ненависть, ненависть, ненависть

Два, пять, один, семь!
(Два) полушария, хочешь выжить - думай как!
(Пять) пальцев, как молот, спаяны в кулак
(Один) шанс из миллиона, но он есть

Птица, стой, стой, кому говорю! - кричал молодой милиционер вслед убегающему мужчине.
Какой я тебе Птица, пёс! - отхаркивал убегающий себе под ноги, - Птицын моя фамилия, для тебя я Алексей Макарович Птицын!
Больше о нём никто ничего и не знал. Кроме Мальчика.
Мальчик любил слушать его, сидя на корточках, привалившись спиной к батарее. Батарея согревала тело, рассказы старика согревали душу.

Засада, Ант, два пять один семь
Засада, Ант, два пять один семь
Правят, чтут и славят, плавят руды
Буровят дыры магнаты, сэры, меценаты

- Легче станет?
- Нет… Конечно, станет
- А тебе?
Всё по-старому, по пятницам, по привычке

Расскажи, как тебе тут плохо
Расскажи, как тебе тут плохо
Расскажи, как тебе тут плохо
Плохо… да всем как-то по

В прошлом веке, накатив пять по пятьдесят
На открытии фонтана я курил косяк
Из динамиков хрипели в небо голоса
Кай Метов, Апина, Буйнов - лютая попса

Она приличная, вроде, вокруг одни соски
Вот только мать её, ага, считает меня отморозком
Пальцем вжал сосок звонка в подъездную извёстку
Мамаша спрятала ключи, и за ремень отцовский

А для вас, дорогие мои люди, у меня есть ещё одно стихотворение, в котором мне особенно нравится финалНе дорого ценю я громкие права
От коих не одна кружится голова
Я не ропщу о том, что отказали боги
Мне в сладкой участи оспоривать налоги

- Итак, встречайте, первый участник: Ант, город Омск!
- Это было горячее противостояние. Респект моему сопернику. Окей, мы продолжаем, в игре остаются самые сильнейшие
Настрой крепкий, как китайского чая варка
В моей чашке нефть - исповедь олигарха

Она не поет и не пьет вина
Собакой по следу идет война
Она больна
В небесном танце звездных пар

Иногда мне снится сон, как будто небо меня в себя втягивает. Я попадаю в какой-то другой мир. А в этом мире нет стены между живыми и мёртвыми, а свет…
Мне снится город, которого нет
Там на балконе дома мой велосипед
А на асфальте отпечаток моих кед

На похоронах мне всегда приходится нести гроб
Наверное, у меня такое лицо
Гармонирует с обстановкой
И меня приглашают нести гроб

Торговец наркотиками!
Педераст и торговец наркотиками!
Не забудем про шлюху – разносчицу заразы
Только в этом говённом мире можно сказать, что эти люди невинны!

Если Бог хочет наказать, он лишает разума
Мне часто кажется, что вся страна наказана
Как в фантастическом рассказе вижу сияния над головами людей
Это не знак святости

На вековые леса - снег пушистыми шапками,
Только будущее зыбкое теперь, шаткое,
Скоро и некому станет глядеть в чащу с лаской:
Белизна родная кровью сочит красной.

Я видел, как (май нига, пуш ми)
Папуас и повариха заделали пушкина
Пэтэушник, нарик, потомок алкашей –
Никогда ни перед кем ты не гнул шею

Мы многое потеряли, наши близкие погибли, но мы не одни
Мы не сломлены. Если вы слышите меня - вы и есть сопротивление
Если вы меня слышите - вы есть сопротивление…
Глаза заклейте пластырем

Cуверенен ты или зассал?
Сюзерен ты или вассал?
Тянет чаша вина, топит чувство вины
Ядом манит финал, мы фатуму верны

Среди кривых зеркал я Христа искал,
Там, где береста горит в кострах.
Где о чудесах молчат уста,
Где та звезда памятью в глазах.

- Ты читал Библию?
- Да…
- Сейчас я прочитаю тебе один отрывок, который я знаю на память. Он, типа, подходит для такого случая. Книга пророка Иезекииля, глава 25, стих 17: «И совершу над ними великое мщение наказаниями яростными. И узнаешь ты, что имя Моё - Господь, когда мщение Моё падет на тебя»!

Молодому, голодному, худому, бледному, как поганка,
Где-то в районе Таганки говорила цыганка:
Вижу, малолеткой ты в казённом доме был
И та, которую ты любил, не дождалась.

Имя имён. Имя имён.
Имя имён с корнем вывернет всё, что зарыто до срока.
Имя имён перехвачено ветром и предано колоколам.
Волхвы гривастые нашли его и сбиты с толку.

Луч солнца разбудил, но я не открываю глаз
Мама испекла торт, цветы, линейка, первый класс
Пока лишь только лямки ранца давят на плечи
Между мной и взрослым человеком целая вечность

А в битве за корону нет никакого смысла
В этой корове молоко давно прокисло
На дороге с коромыслом баба крутобёдрая
В одном ведре живая жаба, в другом мёртвая

Жизнь устроена так
Плеер никогда не будет тоньше разъёма наушника
И в песнях когда у тебя кто на фитах
Ты практически всегда можешь сделать ещё лучше

- Все, каждый человек, все мы, свободны от рождения. Обладаем равными правами и те… те, кто отрицает свет свободы, не ждите пощады! Не ждите, не ждите, не ждите свободы те, кто враг свободе и равенству!
- Правильно!
- На кол, на кол!
Я ненавижу Вову и жалею Медведя

(Ааа) Ай-ой
Атлант открыл глаза, Зулейха расправила плечи
А мой сосед сказал: «Скорей скупай сахар и гречу»
Ведь то, что не убьет нас, может жестко покалечить

Ну сколько ж еще раз мне нужно вам сказать
Что мне давно плевать, плевать, плевать
Плевать, плевать, плевать на ваш хип-хоп
Где правит Черный властелин, а ты его холоп?

А в поле плакали маковые головы
Пока макали мы тела свои голые
В пену небесных огнетушителей
Глупыми клятвами сладко прошиты мы

Подсолнух голову клонил, полыхал закат
Последний шёпот: «Не прощу жар горящих хат»
Ударом шашки молоко кормящей матери
Замешивалось с кровью и дитя, и тяти

Сукой скулит белая вьюга
Саван фатой – заколдованный снег
Пой Кали-юга, проклятый век
Щёлкнет замок перед толпою

А не спеть ли мне песню? А не спеть?
А не написать ли хит? А не написать?
Колобок так хотел все и вся успеть
Вот и все, тик-так, заходи, Лиса

Белый шум на мониторе пыльного окна
Расскажет нам
Что за стеною в коридоре зацвела война
А ты не вооружена

Я был малым, копал червей, ходил рыбачить,
С собою брал сиг пачку, что купил на сдачу
Тайком от мамки, ну и так, чтоб не спалил батя,
Не то лещей вместо щуки не миновать мне.